Ци

Происхождение и написание

В полном написании 氣 внизу стоит рис 米, сверху — знак пара 气, и форму эту часто объясняют мнемонически: пар, поднимающийся над котлом с варящимся рисом. Образ удобный и живучий, но это подсказка для запоминания, а не бесспорная этимология: древний знак 气 первоначально связывался с облачным паром, а происхождение и первоначальная функция формы с «рисом» устроены сложнее кухонной картинки. Упрощённое написание 气 совпадает с этим древним знаком. В некоторых даосских и алхимических текстах старый вариант 炁 используют для обозначения особой, в том числе «прежденебесной», пневмы.

Ранние значения слова — пар, туман, дыхание, испарения земли, «дыхания» погоды. Из этой метеорологии в текстах эпохи Чжоу постепенно вырастает термин космологии и учения о жизни: словом ци называют то, чем вещи дышат и живы. Е. А. Торчинов передавал его греческим словом «пневма»: pneuma — тоже сначала «дуновение» и «дыхание», лишь со временем доросшее до «духа». Совпадение путей двух слов — редкий подарок переводчику.

Как устроено

Самая известная формула, где появляется ци, — в сорок второй главе «Дао дэ цзин">Дао дэ цзин»:

Дао рождает одно, одно рождает два, два рождает три, три рождает десять тысяч вещей. Десять тысяч вещей несут на себе инь и обнимают ян; смешением пневмы они достигают гармонии.

Что такое «одно», комментаторы понимали по-разному. В космогоническом толковании Хэшан-гуна «одно» — это изначальная пневма (元气, юань ци), а «два» — инь и ян; у Ван Би, в чьей редакции текст дошёл до нас, «одно» трактуется иначе. А знакомая картина, где лёгкое и чистое поднимается и становится Небом, тяжёлое же и мутное оседает и становится Землёй, развёрнута в других памятниках — например, в «Хуайнань-цзы».

Учение о том, что вещи возникают сгущением единой пневмы и, когда она рассеивается, перестают существовать в прежнем виде, отчётливее всего разработано много позже — прежде всего у мыслителя XI века Чжан Цзая. Приписывать эту стройную систему всей китайской мысли или раннему даосизму было бы натяжкой, но одно общее место всё же есть: язык ци не проводит жёсткой границы между «духовным» и «вещественным» — то и другое описывается как его состояния.

В поздней внутренней алхимии (нэйдань) ци — среднее из «трёх сокровищ», между семенем (цзин) и духом (шэнь); её собирают и выплавляют в даньтянях. Традиционная медицина, со своей стороны, описывает движение ци по каналам тела и различает прежденебесную составляющую, данную от рождения, и посленебесную, пополняемую дыханием и пищей. Это разные систематизации разных эпох, со своими словарями и своими картами тела, а не единое «даосское учение о ци».

Во многих позднейших практиках регулирование дыхания стало одним из главных способов работы с ци, и любимой опорой здесь остаётся фрагмент из «Чжуан-цзы»:

Истинные люди древности спали без сновидений, пробуждались без тревог, пища не была им сладка, дыхание их было глубоко-глубоко. Истинный человек дышит пятками, обычные же люди дышат горлом.

«Дыхание пятками» допускает разные толкования: одни видят здесь технику, другие — просто портрет человека, чья жизнь укоренена глубже горла.

Предание

Ле-цзы умеет ездить на ветре. Он странствует легко и искусно — и возвращается через пятнадцать дней. О счастье он не хлопочет: не гонится за ним и не держится за него — оно его попросту не заботит.

Со стороны это выглядит совершенной свободой: ни дорог, ни тяжести — одно скольжение. Но Чжуан-цзы замечает: одна зависимость у Ле-цзы всё же остаётся. Его несёт ветер. Умение — при нём, а условие умения — нет: будет ветер или не будет, решает не Ле-цзы. Уберите из этой картины ветер — и лёгкому странствию не на чем будет держаться.

А есть странствие другого рода. Тот, кто оседлал истину Неба и Земли, кто правит переменами шести ци и скитается в беспредельном, не зависит ни от чего. Ему не нужно ждать попутного потока: сами перемены, от которых зависят все остальные, у него в руках, как вожжи. У его свободы нет условий — потому ей нечего и лишиться.

Потому и говорят: совершенный человек не имеет «я», святой не имеет заслуг, мудрый не имеет имени.

Источник: «Чжуан-цзы», гл. 1 «Беззаботное скитание» (逍遙遊)

Как это понимают сегодня

В академической синологии подчёркивают: ци не совпадает ни с «энергией», ни с «материей» европейских словарей — отсюда и переводы вроде «пневмы» у Торчинова, и привычка исследователей оставлять слово вовсе без перевода. Для традиционной китайской медицины и цигуна ци — рабочее понятие: на этом языке описывают дыхание, тонус, тепло, усталость и бодрость, на нём же строится практика. Приборы отдельной субстанции «ци» не находят — но традиция прибора и не обещала: это способ описывать живое как процесс, а не вещь, которую можно взвесить.

С праной индийской традиции ци сравнивают постоянно — и не без оснований: и то и другое может обозначать дыхание и жизненное начало, а в некоторых системах получает и космическое истолкование. Но функции и доктринальный контекст у них разные: за каждым словом стоят своя школа, своя карта тела и своя космология, поэтому переносить понятия из одной системы в другую стоит осторожно.

Частые заблуждения

• «Ци — это энергия вроде электричества». Ци не измеряется джоулями и не течёт по проводам. «Энергия» — метафора популярной литературы: удобная, но мало говорящая о том, как это слово работает в самих текстах.
• «Ци — это дух, противоположный материи». Привычная европейская пара «дух — материя» плохо ложится на язык ци: там, где этим языком пользуются, телесное и душевное описываются как состояния одного и того же, а не как две разные природы.
• «Чем больше ци, тем человек твёрже и сильнее». Классические тексты не предлагают единой шкалы, по которой большее количество ци означало бы большую силу. Глава 76 «Дао дэ цзин» связывает жизнь с мягкостью, а твёрдость — со смертью, но о количестве ци она не говорит:

Человек при рождении мягок и слаб, при смерти — твёрд и крепок. …Потому твёрдое и крепкое — спутники смерти, а мягкое и слабое — спутники жизни.

• «Ци — чисто даосское изобретение». Этим словом пользовались все школы китайской мысли. Даосские традиции разработали многочисленные способы работы с ци — от дыхательных упражнений до внутренней алхимии, — но собственные теории и практики сложились также в медицине, боевых искусствах и конфуцианстве.

В канале «Тайны китайской панды»

О ци как «жизненном механизме» и о том, что говорит о ней «Хуанди нэйцзин», — пост «Ци — жизненный механизм Перемен». А пост «Мастерство по гармонизации желудка и укреплению селезёнки (和胃健脾功)» описывает традиционный комплекс цигун — он представлен как практика традиции «вскармливания жизни», а не как метод диагностики или лечения.

Примечания

1. «Дао дэ цзин» (老子, версия Ван Би), гл. 42: 道生一，一生二，二生三，三生萬物。萬物負陰而抱陽，沖氣以為和。Перевод наш. ↩

2. «Чжуан-цзы» (莊子), гл. 6 «Великий учитель»: 古之真人，其寢不夢，其覺無憂，其食不甘，其息深深。真人之息以踵，眾人之息以喉。Перевод наш. ↩

3. «Дао дэ цзин» (老子, версия Ван Би), гл. 76: 人之生也柔弱，其死也堅強。……故堅強者死之徒，柔弱者生之徒。Перевод наш. ↩